- Advertisement -

Сибирь по французу больше не плачет

Как сообщили на этой неделе французские СМИ, Интерпол прекратил международный розыск Йоанна Барберо, бывшего руководителя организации «Альянс Франсез Иркутск». Арестованный четыре года назад в Иркутске по подозрению в педофилии, он бежал из-под домашнего ареста, был заочно приговорен к 15 годам лишения свободы, но сумел, обманув ФСБ, вернуться во Францию. Интерпол счел, что обвинения в адрес Йоанна Барберо имели «политический характер». Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.

Исключения из так называемого красного списка (фигуранты которого должны быть немедленно задержаны в любой стране) француз и его адвокат добивались почти три года — с того момента, когда бывший директор «Альянс Франсез» в Иркутске ступил наконец на французскую землю. В международный розыск его объявила Россия — здесь он был приговорен к 15 годам колонии строгого режима за изготовление детской порнографии и насильственные действия в отношении своей дочери. Сам француз обвинения категорически отвергает.

Йоанна Барберо обвинили в педофилии после того, как одна из жительниц Иркутска написала заявление в ФСБ, что на сайте молодых матерей она несколькими месяцами ранее обнаружила фотографии, на которых мужчина позирует голым вместе со своей пятилетней дочерью Элоизой. 11 февраля 2016 года в его квартиру ворвалась полиция.

Не помог даже французский дипломатический паспорт: в Иркутске господин Барберо возглавлял представительство «Альянс Франсез», или «Французского Института в России»,— крупной международной некоммерческой организации, продвигающей французский язык и культуру за рубежом при поддержке посольств Франции по всему миру. Йоанн Барберо был арестован на глазах своей русской жены и их дочери, три месяца провел в Иркутском СИЗО, затем был направлен на обследование в психиатрическую больницу и вплоть до решения суда помещен под домашний арест. Коллеги и друзья требовали его освобождения, обращаясь к российской юстиции и к президентам России и Франции.

Адвокаты защиты доказывали, что все обвинения сфабрикованы, фотографии не носили порнографического характера и вообще были похищены и размещены на сайте без согласия обвиняемого.

Более того, они отмечали, что «Йоанн Барберо не находился дома, когда был открыт аккаунт с использованием его домашнего IP-адреса». Журналисты издания «Совершенно секретно» называли в качестве возможного мотива личную месть одного из авторитетных чиновников Иркутска, с супругой которого якобы мог завести роман француз.

Жена Йоанна Барберо Дарья Николенко отреклась от него и подала на развод, но их противостояние продолжалось ровно до тех пор, пока она не уехала вместе с дочкой из России. За границей она заявила, что следствие давило на нее и дочь, а также на ее родственников в России, чтобы добиться обвинения Йоанна Барберо. Сейчас бывшие супруги якобы поддерживают добрые отношения, и дочь приезжает к отцу на каникулы.

Выступая в России на суде, француз отказался признать себя виновным: «События, с которых начался судебный процесс, целиком и полностью сфабрикованы, и в этом активно участвовали представители следственного комитета Иркутска… Именно в этом и заключается проблема, которую вы не можете игнорировать. В стране, где правосудие — это не пустое слово, я подал бы гражданский иск, и те сотрудники полиции, которые сфабриковали дело, использовали в своих целях пятилетнюю девочку, избивали мужчину и угрожали ему, запугивали его жену, эти люди находились бы на скамье подсудимых… Уважаемые судьи, в этом нет ничего личного. Вы являетесь частью отвратительной системы, созданной для того, чтобы перемалывать мужчин, женщин и детей. Эта мощная система представляет интересы мафии, она разъедает Россию изнутри».

В сентябре 2016 года, за два месяца до вынесения приговора, Йоанн Барберо исчез из квартиры, где он находился с электронным браслетом под домашним арестом. Поиски ни к чему не привели, его телефон (по другим данным, браслет) отследили по пути к монгольской границе.

Стали говорить, что беглец нашел убежище во французском посольстве в Улан-Баторе.

В декабре того же года Кировский районный суд приговорил его заочно к 15 годам в колонии строгого режима.

Многие сравнивали это дело с обвинениями в педофилии, предъявленными карельскому историку Юрию Дмитриеву, которому в результате такого же резонансного процесса был вынесен обвинительный приговор. Однако француз надежды российского правосудия успешно обманул. Лишь в 2017 году, вернувшись во Францию, он рассказал, каким образом ему удалось бежать из Сибири.

Йоанн Барберо пояснил, что подбросил телефон в автобус, который уходил в Улан-Батор, а сам на попутных машинах добрался до Москвы и пришел в посольство Франции, где и получил убежище.

Дипломат прятался в посольстве около года, а затем предпринял новую попытку побега, и вновь удачную. С помощью своей русской подруги он добрался до эстонской границы и сумел ее пересечь.

С тех пор он жил на родине, откуда выдача ему уже не грозила. В других странах он подпадал под действие выданного по запросам российской стороны Интерполом так называемого красного уведомления и рисковал вернуться в российскую колонию строгого режима. В феврале он выпустил книгу «В тюрьмах Сибири», в которой рассказал не только о действиях российских следователей, но и о бездействии французских дипломатов, которые немедленно поставили в известность о его убежище российские власти и более всего беспокоились не о нем, а о своей карьере.

Французский МИД это не раз опровергал: «Господину Барберо предоставили консульскую защиту, как только в отношении него были выдвинуты обвинения. Сразу после того, как он скрылся от российского правосудия и явился в посольство Франции в Москве, чтобы найти там убежище, министерство приняло все необходимые меры для оказания ему помощи и обеспечения его безопасности. Находясь в тесном контакте с его близкими, Жан-Морис Рипер, посол Франции в России с 2013 по 2017 год, лично следил за тем, чтобы он ни в чем не нуждался».

Однако суд, куда Йоанн Барберо обратился на родине, взыскал с государства €300 тыс., сочтя, что были нарушены правила защиты госслужащих.

Сейчас Йоанн Барберо готовит к выходу следующую книгу. «ФСБ сделала меня писателем: благодарю их от всего сердца»,— говорит француз. Он добивается также отмены своего приговора и ждет рассмотрения дела в Европейском суде по правам человека. С момента исключения его из международного розыска он получил свободу путешествовать, ограниченную теперь только COVID-19 и зонами влияния российских властей, по-прежнему считающих его преступником.

Удивительная история, к которой уже присматриваются кинематографисты,— из разряда дел, в которых трудно доверять кому бы то ни было. Сложно поверить, что француз, хоть и не бывший, вероятно, образцом нравственности, покушался на собственную дочь — и при этом ухитрился сохранить хорошие отношения с ней и с бывшей женой. Странно представить себе, что французские дипломаты были готовы чуть ли не выдать беглеца российским властям на расправу и не попытались вывезти его на родину.

По теории заговора, большой штраф, к которому были приговорены французские власти в качестве компенсации за бездействие, мог бы прикрыть перед официальными российскими властями помощь, на самом деле ему оказанную.

Нелегко представить себе и то, что всеми брошенный неопытный функционер, руководивший учителями французского языка, сумел обвести вокруг пальца ФСБ, сначала добраться из Иркутска до Москвы и попасть в посольство, затем, сбежав из-за кирпичного забора на Октябрьской, самостоятельно найти брешь в западной границе РФ и наконец пробраться мимо сетей Интерпола из Прибалтики во Францию. И меньше всего доверия вызывают обвинения российских следователей, раз их не принимают всерьез даже коллеги из Интерпола.

Источник: kommersant.ru

- Advertisement -

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

57599500