- Advertisement -

Рынки растут из изоляции

2020 год войдет в историю как один из самых волатильных годов и для мировой экономики, и для финансовых рынков. И виной тому «черный лебедь» — вирус COVID-19. Российский рынок не остался в стороне от общего тренда. В наступившем году поведение инвесторов будет зависеть от эффективности вакцинирования, денежно-кредитной политики центральных банков, геополитики, а также ситуации со сделкой ОПЕК+. Ключевыми страновыми рисками для рубля аналитики называют санкции и ситуацию на рынке нефти. Однако в целом настроения инвесторов остаются «бычьими».

Минувший год надолго запомнится инвесторам как время самого сильного экономического спада и высокой волатильности на рынках. Конечно, еще в конце 2019 года глобальные и российские управляющие с осторожностью смотрели на перспективы високосного года, в который должно было произойти несколько важных событий — это выборы президента США, завершение сделки ОПЕК+. Но сильнее всего беспокоила торговая война между Вашингтоном и Пекином, а в преддверии выборов главы Белого дома росли опасения, что конфликт может ужесточиться. Однако этот риск не оправдался — уже в январе стороны подписали первую фазу торговой сделки, что положительно сказалось на рынках.

Лишь отчасти реализовался риск выборов президента США, влияние которых было негативным, но непродолжительным.

Лидером предвыборной гонки был Джо Байден, с победой которого ожидался рост налогов для корпоративного сектора. Дополнительное беспокойство вызывают риски судебных разбирательств со стороны действующего президента. За полторы недели перед голосованием ведущие мировые индексы упали на 2–8%. В числе наиболее пострадавших оказались индекс Московской биржи, снизившийся более чем на 4%, и российский рубль, потерявший более чем 5% (курс доллара вырос до 81 руб./$). Но уже в течение недели после выборов рублевые активы отыграли потери, так как с победой демократа не произошло ужесточения санкций в отношении России. Не оправдались и многие другие риски. Сделка ОПЕК+, пусть и с задержкой, была продлена. А ужесточения денежно-кредитной политики со стороны центробанков развитых стран так и не произошло.

Однако постепенно силы набирала новая напасть, которая впоследствии надолго захватила весь мир,— пандемия коронавируса COVID-19. Поначалу к вспышке в Китае относились довольно спокойно, имея опыт борьбы с предыдущими эпидемиями птичьего и свиного гриппа и атипичной пневмонии. Однако после того, как вирус вышел за пределы Китая и начал стремительно распространяться на планете, власти многих стран ввели жесткие ограничения на перемещения вплоть до закрытия границ. В начале марта на фондовых биржах царила настоящая паника — инвесторы массово избавлялись от всех классов активов, включая защитные золото и американские бонды. По данным агентства Bloomberg, за четыре недели с конца февраля ведущие европейские индексы потеряли до 30–40%, американские — снизились в пределах 30%. Российский индекс Московской биржи снизился на 27%, тогда долларовый РТС — на 41%.

Однако в который уже раз борьба финансовым и экономическим кризисом, порожденным эпидемией, началась с масштабных шагов монетарного стимулирования экономик.

Причем в минувшем году она достигла небывалых масштабов. По оценке Bank of America (BofA), в первом квартале объем денежной поддержки составил $1,3 трлн, во втором он уже достиг $3,8 трлн, в третьем составил около $2,4 трлн, в четвертом — более $1,1 трлн. В таких условиях, фондовые рынки очень быстро восстановились. В результате 2020 год ведущие азиатские и американские индексы завершили ростом на 10–40%. В аутсайдерах оказались европейские индексы, которые не дотянули до уровней конца 2019 года 5–14%. Рублевый индекс Московской биржи прибавил с начала года почти 8%, обновив исторический рекорд, тогда как долларовый РТС не дотянул до значений начала года 10%.

Относительно перспективы наступившего года портфельные управляющие и аналитики высказываются достаточно оптимистично.

По данным декабрьского опроса портфельных управляющих, проведенного аналитиками BofA, почти 90% респондентов ждут ускорения темпов роста мировой экономики.

К тому же 70% менеджеров фондов отметили, что экономика находится в стадии раннего периода — самый высокий показатель с января 2010 года. В итоге доля наличности в портфелях упала до 4%, вернувшись к значениям начала года, то есть предшествовавшим «коронакризису». По сравнению с пиковым значением, достигнутым в апреле, показатель упал на 1,9 процентного пункта — это самое быстрое снижение показателя за всю историю наблюдений. То есть управляющие фондов по максимуму вложились в ценные бумаги в расчете на продолжение роста их стоимости.

Впрочем, они отдают себе отчет в отношении многочисленных рисков. И ключевым из них с непредсказуемыми последствиями для мировой экономики и для рынков, по-прежнему остается риск пандемии COVID-19. Такого мнения придерживается треть опрошенных BofA управляющих. Участники рынка настроены оптимистично. По данным BofA, 42% управляющих считают, что вакцина COVID-19 начнет положительно влиять на экономику во втором квартале 2021 года, 28% сказали, что в первом квартале, и только 19% — в третьем. «В базовом сценарии ожидаем, что текущие вакцины будут эффективны против COVID-19. Полагаем, что во втором полугодии в ведущих странах будет выработан коллективный иммунитет»,— отмечает главный аналитик Совкомбанка Михаил Васильев.

Однако, как отмечает инвестиционный стратег «БКС Мир инвестиций» Александр Бахтин, существуют риски низкой эффективности действующих вакцин против новых штаммов COVID-19, слишком медленных темпов массовой вакцинации или развития новой волны роста заболеваемости.

В случае неоправдавшихся ожиданий относительно вакцинирования темпы восстановления глобальной экономики замедлятся, что негативно скажется на аппетите к риску, ценах на нефть и курсе рубля.

По оценкам Александра Бахтина, нефтяные цены могут отступить в район $35–45 за баррель, формируя локальные условия для «походов» курса доллара в район 80 руб./$. «Эффективность массовой вакцинации, как и в мире, будет фундаментальным барометром для российских активов и валюты. Экономика РФ не так сильно пострадала в результате ограничительных мер, но восстановление до докризисных уровней может занять 1,5–2 года»,— отмечает начальник аналитического управления банка «Зенит» Владимир Евстифеев.

Смена главы Белого дома в США вынуждает аналитиков оценить потенциальные риски изменения внешней политики. Для российского рынка наибольшее значение имеет тема санкций, так как Джо Байден во время выборов обещал их ужесточение. Поводами для новых санкций могут стать дело об отравлении оппозиционного политика Алексея Навального, обвинения России в хакерской атаке на правительственные серверы в США.

Наибольшие риски для России несут санкции, предполагающие запрет резидентам США на операции с новыми рублевыми суверенными облигациями.

Между тем в минувшем году международные инвесторы увеличили вложения в рублевые госбумаги почти на 400 млрд руб., до рекордных 3,2 трлн руб. И в случае массового закрытия позиций произойдет рост доходности ОФЗ на несколько процентных пунктов, а курс рубля вернется выше уровня 80 руб./$. Беспокойство аналитиков вызывает и блокировка долларовых активов и трансакций крупных банков, отключение от SWIFT, но эти факторы будут иметь меньшее влияние. «Санкционные риски явно вырастают, что на фоне роста инфляции и перехода ключевой ставки в отрицательную зону в реальном выражении будет аргументами за слабый рубль»,— отмечает заместитель гендиректора УК ТФГ Равиль Юсипов.

Впрочем, в базовом сценарии аналитики не ждут расширения санкций. «Возможны точечные персональные санкции, ограничения на некоторые несистемные компании или газопровод “Северный поток-2”»,— отмечает Михаил Васильев. По мнению Александра Бахтина, один из главных доводов в пользу сдержанности в санкционной риторике заключается в том, что сотрудничество с Москвой будет необходимо новому руководству США для решения важнейших международных проблем, таких, например, как возвращение Ирана к переговорам по ядерной сделке.

В то же время инвесторы рассчитывают, что подход администрации Байдена к вопросам взаимоотношений с Китаем и Евросоюзом, в особенности в торговой сфере, станет более гибким и конструктивным, чем при президенте Дональде Трампе.

«В этом случае геополитический фон будет благоприятствовать рисковым активам»,— отмечает господин Бахтин.

Большое значение для российского рынка будет иметь ситуация вокруг сделки ОПЕК+, дисциплина исполнения которой почти все время хромает. По мнению аналитиков, в случае дальнейшей стабилизации ситуации на рынке нефти или в случае, если США будут активно наращивать добычу, отъедая долю на мировом рынке у стран ОПЕК, сделка может развалиться. В этом случае может произойти новый обвал цен на нефть, что негативно отразится на российском рынке.

Без пролонгации сделки ОПЕК++ рынок нефти не может находиться в равновесном состоянии и поддерживать цену выше $40 за баррель»,— считает Равиль Юсипов.

Однако такого развития на рынке не ждут, поскольку риски локдаунов сохраняются, а значит, предложение и так будет превышать спрос. По мнению стратега по операциям на товарно-сырьевых рынках SberCIB Investment Research Михаила Шейбе, страны ОПЕК+ нарастят добычу на 1,9 млн баррелей в сутки в течение первого полугодия 2021 года, дойдя до так называемой третьей фазы соглашения, подразумевающей совокупное сокращение добычи на 5,8 млн баррелей в сутки. По его оценке, средняя стоимость Brent в текущем году составит $55 за баррель, при этом во втором полугодии она может достигнуть $60 за баррель.

В случае если ОПЕК+ продолжит смягчать квоты в рамках сделки по балансировке рынка, российские нефтяники смогут увеличить добычу и экспорт сырья, что положительно скажется на их результатах и стоимости акций, отмечает Александр Бахтин.

Выиграют от смягчения сделки и экономика страны, и курс рубля.

Однако, как отмечает Равиль Юсипов, рынок углеводородов ждет другая стратегическая проблема — переход на новые технологии, в том числе и на фоне пандемии. «Стандарты ESG — это не разговор о красивых отчетах или снижении вредных выбросов, это прежде всего разговор о новых революционных технологиях и цифровой трансформации. Нефть как топливо будет уступать свое место в мировом энергетическом балансе другим источникам, и эту новую реальность рынки уже начали продавать»,— считает Равиль Юсипов.

Традиционно для российского рынка большое значение будет иметь денежно-кредитная политика ведущих центральных банков, в первую очередь Федеральной резервной системы США (ФРС) и Европейского ЦБ (ЕЦБ). По мнению Михаила Васильева, эти регуляторы продолжат держать рекордно низкие ставки и покупать финансовые активы. «Расширение глобальной денежной массы будет приводить к росту цен на активы, ослаблению доллара на мировом валютном рынке и притоку капитала в активы развивающихся рынков»,— считает господин Васильев.

По оценке господина Васильева, в 2021 году индекс DXY (курс доллара по отношению к шести ведущим мировым валютам) может опуститься в диапазон 85–88 пунктов.

Это положительно отразится на курсе рубля. «Однако возможное ускорение инфляции в мире, в том числе из-за роста цен на продовольствие и другие сырьевые товары, вкупе с восстановлением экономики США может спровоцировать ожидания более раннего сворачивания стимулирующих мер ФРС. Это будет сдерживающим фактором для роста рынков»,— предупреждает господин Васильев.

В таких условиях наиболее перспективными портфельные управляющие называют рынки развивающихся стран. По данным опроса BofA, 80% респондентов считают, что данные рынки будут расти самыми высокими темпами в наступившем году. Например, опережающего роста американского индекса S&P 500 ждут только 13% управляющих. При этом российский рынок может оказаться в числе лидеров роста как за счет роста мировой и российской экономики, так и за счет дальнейшего восстановления цен на нефть. «Смена тренда с “акций роста” на “акции стоимости”, которая происходит сейчас, может привлечь инвесторов и на наш рынок при условии, что санкционная политика США не будет агрессивной»,— отмечает Равиль Юсипов. В этом сценарии он ждет роста индекса Московской биржи на 15%. По мнению Александра Бахтина, в первой половине 2021 года индекс может добраться до 3500–3550 пунктов.

На валютном рынке в начале года будут доминировать внутренние факторы — сезонно крепкий текущий счет. По оценкам Михаила Васильева, в первом квартале курс доллара может откатиться до 68–73 руб./$.

«Дополнительную поддержку рублю окажут карантинные ограничения в России и мире, которые ограничивают выездной туризм и спрос на валюту. Зимой ожидается пик заражений COVID-19 в России и мире, который с весны, вероятно, пойдет на спад»,— отмечает господин Васильев.

Впрочем, во втором полугодии рубль традиционно будет чувствовать себя хуже. По оценке Михаила Васильева, курс доллара может вернуться к 72–77 руб./$. «По мере взятия ситуации с вирусом под контроль, восстановления мировой экономики, открытия границ будет восстанавливаться спрос на импортные товары, возобновится внешний туризм, повысится спрос на валюту. Давление на рубль также окажут выплаты дивидендов российскими компаниями иностранным инвесторам и погашения по внешнему долгу»,— считает эксперт. По оценке Владимира Евстифеева, в базовом сценарии среднегодовой курс доллара составит 74,5 руб./$. «Предпосылки для базового сценария — восстановление мировой экономики, которое вряд ли будет линейным в течение всего 2021 года. Если мировая экономика не выйдет на ожидаемые темпы роста, рынки может ждать глубокая коррекция»,— резюмировал господин Евстифеев.

Виталий Гайдаев

Источник: kommersant.ru

- Advertisement -

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

57599500